Художник зыбкого мира. Кадзуо Исигуро

Это не первая книга Исигуро, которую я прочитала, но могу сказать, что только после нее у меня все разложилось по-полочкам. Исигуро — японец и отсюда, видимо, эта созерцательность, размеренность повествования и легкий флёр грусти. Влюбилась в слог автора буквально после «Не отпускай меня» и «Погребенного великана», немножко удивилась в «Остатке дня» — и вот теперь все встало на свои места.

Повествование ведется от первого лица — известного в прошлом японского художника Мацуи Оно, который живет в старинном огромном доме. Взрослые дочери, маленький внук, заботы о замужестве младшей из дочерей, обычные хлопоты стареющего Мацуи на пенсии. Все вперемешку с его воспоминаниями о детстве, юности, довоенной молодости, когда он был в учениках. Оно «бродит» по своему прошлому, постепенно приоткрывая занавес, показывая нам что же он есть такое.

Вначале он ученик Мори-сана, художника-традиционалиста, воспевающего в своих полотнах зыбкий мир ночных удовольствий, хрупкую красоту чайных домиков, гейш — всю вот эту японскую эстетику. Постепенно Мацуо начинает чувствовать в себе силы, что бы отойти от традиций Учителя и начать творить в своем собственном стиле:

«Вовсе не обязательно, чтобы художники существовали только в своем замкнутом декадентском мирке. Сознание, совесть подсказывают мне, сенсей, что я не могу вечно оставаться художником этого зыбкого мира».

Довольно провакационно и дерзко звучит, учитывая традиции страны и ментальность тех людей в целом, когда авторитет Учителя является чем-то неоспоримо-монументальным.

И что же выбирает Мацуо? Красочные агитационные полотна, военные плакаты с патриотичными призывами, «истинное» искусство, которое не просто услаждает глаз зрителя, а помогает решать задачи целого государства, взращивать патриотизм нации, объединять людей на борьбу за свое будущее. Все же из лучших побуждений — чтобы отошли от власти нечестные политиканы, что бы не голодали дети, что бы процветала нация…

Но поражение Японии в войне вносит свои коррективы в жизнь художника. Его настоящее, то, чем он жил и во что верил, превращается в тыкву. Теперь на Оно посматривают искоса, а репутация этого господина оказывается запятнанной из-за сотрудничества с фашистами. О, Боже, ну и кто теперь тут «художник зыбкого мира»? Похоже, это переходящее знамя :).

Теперь наш герой даже собственному внуку не может показать свои картины — в мире проамериканской экономики и настроений он остался не у дел. Его репутация мешает даже его младшей дочери выйти замуж, ведь в Японии прежде, чем объявить о помолвке обе стороны проводят тщательное расследование, копаются в жизни кандидатов и его семьи с привлечением частных детективов.

Забавно с детективами — в повести есть еще одно упоминание о расследовании, которое проводила одна знатная семья, прежде, чем выбрать покупателя своего дома. Покупателя, Карл! Но это было еще во времена, когда Мацуо Оно был на пике своей славы, поэтому он выиграл этот конкурс репутаций.

Автор поднимает довольно сложные вопросы:
Может ли художник, творец нести ответственность за то, что его полотна вдохновляли когда-то на то, что сейчас порицается? Он же не политик, не военный, а всего лишь художник…
Вообще, может ли отдельно взятый человек нести ответственность за то, что делала его страна его руками?
Может ли одно поколение понять другое хотя бы частично? Или всегда будет какая-то конфронтация между старым и новым?

Тяжелые вопросы, но все это настолько изящно и легко вплетается в повествование, как нежная вышивка на шелковой ткани. И ты не понимаешь, действительно ли автор что-то такое сказал или это ты сама додумала.

Вот это и есть искусство. Японская ментальность. Кадзуо Исигуро, одним словом :).

Кому читать? Любителям этого автора, конечно. Если еще не пробовали Исигуро, то не советую начинать знакомство с ним именно с этой книги. Может показаться немного скучновато, если судить по отзывам. Лучше в такой последовательности:

1. Не отпускай меня
2. Погребенный великан
3. Остаток дня (На исходе дня)
4. А уже потом — Художник зыбкого мира

Что бы картинка стала объемнее — можно немного что-то узнать про Конфуция, конфуцианство, Японию середины прошлого века в контексте войны. Не то, чтобы это обязательно или как-то связано с данной книгой, просто, чтобы лучше понять японский менталитет. Впрочем, книга самодостаточна, это я так уже просто занудствую.

Забавно, не могу выделить в книге, по заведенной мною традиции, одну фразу, которая уж очень отозвалась. Все инсайты ты как бы получаешь между строк. Говорю же — тонкое японское искусство :). Поэтому оставлю вас без фразы, уж простите.